Возвращение футболиста запорожского «Металлурга» Яна Тигорева в сборную получилось на славу — на позиции опорного хавбека 26-летний бывший минский динамовец действует так, словно всю карьеру играл в центре полузащиты. Однако это не так: из флангового защитника в опорника Тигорев переквалифицировался относительно недавно, чуть более года назад.

— О том, что в «Металлурге» ты играешь на позиции опорного полузащитника, впервые узнал от твоего бывшего партнера по запорожской команде Артема Челядинского. Не стану скрывать, немало удивился. Твой перевод с правого фланга защиты в центр поля был обусловлен кадровыми проблемами «Металлурга»?
— Не только. Да, в ходе прошлого чемпионата у нас возникли трудности с подбором исполнителей в центральной зоне. Однажды после тренировки я подошел ко второму тренеру и предложил свою кандидатуру. Не стану кривить душой, мне нравится вступать в отбор, а опорному хаву это приходится делать чаще, нежели фланговому защитнику. А поскольку в «Металлурге» наблюдался дефицит игроков этого амплуа, тренеры решили попробовать.

Сыграл один матч, второй, третий. Получалось вроде неплохо. Плюс я на удивление быстро адаптировался на новой позиции — уже в первой игре не испытывал никакого дискомфорта. Знаешь, очень не хотел бы вновь возвращаться на фланг обороны. Хотя если жизнь заставит, то придется, ничего не поделаешь… Но одно уяснил точно: половину карьеры я «прозябал» не на своем месте.

— Сменив амплуа, ты вернул себе место в сборной Беларуси, которое потерял осенью 2007-го. Более того, нынче для Бернда Штанге Тигорев — незаменимый игрок. В Запорожье, как и в сборной, тоже придерживаются схемы с двумя опорниками?
— Зависит от соперника. Бывает, играем в два опорных; бывает — один немного выдвинут вперед, а я отвечаю в обороне за всю центральную зону.

— С Александром Кульчием комфортно играть?
— Спрашиваешь! В свои тридцать шесть Саша проделывает огромный объем работы — не меньше, чем все остальные вместе взятые! Его опыт, мастерство для сборной бесценны, играть с ним очень приятно.

— Во Францию с какой мыслью ехал: выиграть или не проиграть?
— Скорее, не проиграть. Конечно, сейчас на диктофон можно наговорить чего угодно: дескать, верил, что из Франции привезем непременно три очка. Но все мы — реалисты, и в это мало кто не поверит. На «Стад де Франс» хотели, во-первых, не ударить в грязь лицом, а во-вторых — не проиграть. Однако в итоге получилось даже лучше, чем рассчитывали.

— Если не ошибаюсь, ранее тебе не доводилось играть на стадионах уровня «Стад де Франс»?
— На таком стадионе, с таким соперником, при таком количестве болельщиков и ажиотаже — нет.

— Сильно волновался, выходя 3 сентября на газон «Стад де Франс»?
— В день игры мандраж, не скрою, присутствовал. Но когда приехали на стадион, волнение как рукой сняло — хотелось одного: просто играть в футбол. Сразу подумалось: идеальное поле, отличный соперник, 80 тысяч болельщиков — играй, получай удовольствие! Серьезно.

— А какая мысль посетила сразу после финального свистка шотландца Уильяма Коллума?
— Что очень устал… Этот матч меня прилично вымотал. Подпишусь под словами Саши Глеба, который сказал после игры: «Создается такое впечатление, что меня сегодня избили…» Но легкая эйфория от победы над таким соперником на таком стадионе тоже, признаюсь, присутствовала.

Впрочем, уже в самолете мы в принципе забыли о выигрыше у французов — вот сейчас ты напомнил. Во вторник на «Динамо», возможно, будет даже тяжелее, чем в пятницу на «Стад де Франс».

— Давай от дел сборной снова перейдем к делам клубным. Что-то прилично засбоил в нынешнем сезоне твой «Металлург»… У тебя когда заканчивается контракт?
— Летом 2011-го, после окончания нынешнего чемпионата.

— Мыслей сменить первенство Украины не возникает?
— Любой футболист хочет играть на более высоком уровне. Но нынче я — игрок «Металлурга», сделаю все от меня зависящее, чтобы помочь команде преодолеть полосу неудач.

— Как думаешь, почему украинские клубы потеряли интерес к нашим футболистам? Еще три года назад из белорусских легионеров целую сборную можно было собрать, а сейчас в составах команд значатся всего-то пять игроков: ты, Андрей Воронков, Николай Кашевский, Александр Данилов и Василий Хомутовский…
— Трудно сказать… Не исключено, наступил, назовем так, переходный период. Вспомни, в свое время белорусы были весьма востребованы в российских клубах элитного дивизиона, затем интерес к нашим футболистам довольно сильно упал, теперь вновь наблюдается небольшой рост. Возможно, в Украине происходит аналогичный процесс.

— С кем-то из партнеров по минскому «Динамо» отношения поддерживаешь?
— Естественно. С Артуром Лесько по скайпу часто общаемся, с Кириллом Павлючеком — по телефону. Контактирую, хотя и реже, с другими ребятами, с которыми вместе играл.

— За событиями, происходящими в твоем родном клубе, следишь?
— Да, и довольно пристально.

— Как оцениваешь недавние телодвижения клубного руководства в отношении Сергея Кисляка, которого из-за несогласия переходить в «Краснодар», было дело, даже отстраняли от тренировок с первой командой?
— Ты же сам прекрасно знаешь, что случай с Кисляком отнюдь не уникальный... Кстати, подобные вещи происходят не только в минском «Динамо», но и в других клубах. И, поверь, не только в белорусских. Наверное, руководитель видит ситуацию по-своему и старается повлиять на нее собственными методами. В итоге наблюдается конфликт двух интересов: игрок — клуб, вот и все.

Короче, история вполне обыденная, я не нахожу в ней ничего экстраординарного. Хотя, конечно, все это неприятно…